ВИДЕО-АРТ
ИМЯ
Имя, как и тело, имеет свою тяжесть. Мы ставим свои инициалы в конце многих и многих документов, налагающих обязательства. Я представила, как слова обрушивают на меня свою неотвратимую реальность лишь потому, что я дала на это свое согласие. Я отдала свое имя на растерзание бюрократической машине добровольно. И буду делать это снова и снова.
Меня очень впечатлили псы Жолдака, театрального режиссера. Как актеры соглашаются подписать контракт, позволяющий режиссеру творить с их телами многое, выходящее за пределы уважения к человеку как
к личности? Потом я проходила аттестацию на высшую педагогическую категорию, подписывала заявление, где в конце был целый абзац страшных слов через запятую. Эти слова звучали как равномерные удары по моему имени, что я отдавала добровольно на "обработку". Мне стало жутко.
Я взяла камеру и сняла себя под запись собственного голоса, читающего согласие как приговор. Мне хотелось увидеть, как отразится на моем лице этот приговор, который я сама себе отдаю.
Меня очень впечатлили псы Жолдака, театрального режиссера. Как актеры соглашаются подписать контракт, позволяющий режиссеру творить с их телами многое, выходящее за пределы уважения к человеку как
к личности? Потом я проходила аттестацию на высшую педагогическую категорию, подписывала заявление, где в конце был целый абзац страшных слов через запятую. Эти слова звучали как равномерные удары по моему имени, что я отдавала добровольно на "обработку". Мне стало жутко.
Я взяла камеру и сняла себя под запись собственного голоса, читающего согласие как приговор. Мне хотелось увидеть, как отразится на моем лице этот приговор, который я сама себе отдаю.
Имя, как и тело, имеет свою тяжесть. Мы ставим свои инициалы в конце многих и многих документов, налагающих обязательства.
Я представила, как слова обрушивают на меня свою неотвратимую реальность лишь потому, что я дала
на это свое согласие. Я отдала свое имя на растерзание бюрократической машине добровольно.
И буду делать это снова и снова.
Меня очень впечатлили псы Жолдака, театрального режиссера. Как актеры соглашаются подписать контракт, позволяющий режиссеру творить с их телами многое, выходящее за пределы уважения к человеку как к личности? Потом я проходила аттестацию
на высшую педагогическую категорию, подписывала заявление, где в конце был целый абзац страшных слов
через запятую. Эти слова звучали
как равномерные удары по моему имени,
что я отдавала добровольно на "обработку".
Мне стало жутко. Я взяла камеру и сняла себя
под запись собственного голоса, читающего согласие как приговор. Мне хотелось увидеть, как отразится
на моем лице этот приговор, который я сама себе отдаю.
Я представила, как слова обрушивают на меня свою неотвратимую реальность лишь потому, что я дала
на это свое согласие. Я отдала свое имя на растерзание бюрократической машине добровольно.
И буду делать это снова и снова.
Меня очень впечатлили псы Жолдака, театрального режиссера. Как актеры соглашаются подписать контракт, позволяющий режиссеру творить с их телами многое, выходящее за пределы уважения к человеку как к личности? Потом я проходила аттестацию
на высшую педагогическую категорию, подписывала заявление, где в конце был целый абзац страшных слов
через запятую. Эти слова звучали
как равномерные удары по моему имени,
что я отдавала добровольно на "обработку".
Мне стало жутко. Я взяла камеру и сняла себя
под запись собственного голоса, читающего согласие как приговор. Мне хотелось увидеть, как отразится
на моем лице этот приговор, который я сама себе отдаю.
Имя, как и тело, имеет свою тяжесть. Мы ставим свои инициалы в конце многих и многих документов, налагающих обязательства.
Я представила, как слова обрушивают на меня свою неотвратимую реальность лишь потому, что я дала на это свое согласие. Я отдала свое имя на растерзание бюрократической машине добровольно. И буду делать это снова и снова.
Меня очень впечатлили псы Жолдака, театрального режиссера. Как актеры соглашаются подписать контракт, позволяющий режиссеру творить с их телами многое, выходящее за пределы уважения к человеку как к личности? Потом я проходила аттестацию на высшую педагогическую категорию, подписывала заявление, где в конце был целый абзац страшных слов через запятую. Эти слова звучали
как равномерные удары по моему имени, что я отдавала добровольно на "обработку". Мне стало жутко. Я взяла камеру и сняла себя под запись собственного голоса, читающего согласие как приговор. Мне хотелось увидеть, как отразится на моем лице этот приговор, который я сама себе отдаю.
Я представила, как слова обрушивают на меня свою неотвратимую реальность лишь потому, что я дала на это свое согласие. Я отдала свое имя на растерзание бюрократической машине добровольно. И буду делать это снова и снова.
Меня очень впечатлили псы Жолдака, театрального режиссера. Как актеры соглашаются подписать контракт, позволяющий режиссеру творить с их телами многое, выходящее за пределы уважения к человеку как к личности? Потом я проходила аттестацию на высшую педагогическую категорию, подписывала заявление, где в конце был целый абзац страшных слов через запятую. Эти слова звучали
как равномерные удары по моему имени, что я отдавала добровольно на "обработку". Мне стало жутко. Я взяла камеру и сняла себя под запись собственного голоса, читающего согласие как приговор. Мне хотелось увидеть, как отразится на моем лице этот приговор, который я сама себе отдаю.
"Имя" – участник фестиваля уязвимого видеоарта,
площадка "Самиздат", город Санкт-Петербург, 2024 год.
площадка "Самиздат", город Санкт-Петербург, 2024 год.
ПОИСК
Больно и путано жить в бесконечных симулякрах.
Слова из композиции "егоч", группа "Денис и Настя":
"Бывает так: идешь по какому-то туннелю и понимаешь, что произошел какой-то Егоч."
Каждая личность пребывает сразу в нескольких социо-культурных контекстах. Эти контексты являются копиями копий предыдущих способов, убеждений и идеалов. Отказаться от целого пласта принципов, формировавших вашу личность – потеряться во времени, оказаться в пустоте смысла. И вы выбираете вместо пустоты двигаться во времени, пытаясь исправить ошибки, тем самым вновь создавая копии копий.
Слова из композиции "егоч", группа "Денис и Настя":
"Бывает так: идешь по какому-то туннелю и понимаешь, что произошел какой-то Егоч."
Каждая личность пребывает сразу в нескольких социо-культурных контекстах. Эти контексты являются копиями копий предыдущих способов, убеждений и идеалов. Отказаться от целого пласта принципов, формировавших вашу личность – потеряться во времени, оказаться в пустоте смысла. И вы выбираете вместо пустоты двигаться во времени, пытаясь исправить ошибки, тем самым вновь создавая копии копий.
Больно и путано жить в бесконечных симулякрах.
Слова из композиции "егоч", группа "Денис и Настя":
"Бывает так: идешь по какому-то туннелю и понимаешь,
что произошел какой-то Егоч."
Каждая личность пребывает сразу в нескольких социо-культурных контекстах. Эти контексты являются копиями копий предыдущих способов, убеждений и идеалов. Отказаться от целого пласта принципов, формировавших вашу личность – потеряться во времени, оказаться в пустоте смысла. И вы выбираете вместо пустоты двигаться во времени, пытаясь исправить ошибки, тем самым вновь создавая копии копий.
Слова из композиции "егоч", группа "Денис и Настя":
"Бывает так: идешь по какому-то туннелю и понимаешь,
что произошел какой-то Егоч."
Каждая личность пребывает сразу в нескольких социо-культурных контекстах. Эти контексты являются копиями копий предыдущих способов, убеждений и идеалов. Отказаться от целого пласта принципов, формировавших вашу личность – потеряться во времени, оказаться в пустоте смысла. И вы выбираете вместо пустоты двигаться во времени, пытаясь исправить ошибки, тем самым вновь создавая копии копий.
БЕГ
Откаты ощущаются, как бег на месте. Женщина просто живёт,
а вокруг неё бурлят смыслы ее существования, предназначения.
Бег – это самое доступное,
но не менее опасное, чем "бей"
или "замри". Беги или умри.
а вокруг неё бурлят смыслы ее существования, предназначения.
Бег – это самое доступное,
но не менее опасное, чем "бей"
или "замри". Беги или умри.
Откаты ощущаются, как бег на месте. Женщина просто живёт, а вокруг неё бурлят смыслы ее существования, предназначения.
Бег – это самое доступное,
но не менее опасное, чем "бей" или "замри".
Беги или умри.
Бег – это самое доступное,
но не менее опасное, чем "бей" или "замри".
Беги или умри.
